ВКЛ / ВЫКЛ: ИЗОБРАЖЕНИЯ: ШРИФТ: A A A ФОН: Ц Ц Ц Ц

Гуковский музей шахтерского труда имени Л.И. Микулина

Государственное учреждение культуры Ростовской области «Гуковский музей шахтерского труда имени Л. И. Микулина» в г. Гуково

Гуковский музей шахтерского труда имени Л.И. Микулина

Государственное учреждение культуры Ростовской области «Гуковский музей шахтерского труда имени Л. И. Микулина» в г. Гуково

МЕНЮ
Главная » Новости » Спасение сбережений земляков

Спасение сбережений земляков

25 Фев 2022 Новости 837

В 2022 году исполняется 25 лет с того дня, когда коллектив филиала Ростовсоцбанка в городе Гуково приступил к реализации плана по спасению средств вкладчиков – жителей шахтерских городов Гуково и Зверево, Красносулинского района. Кажется удивительным, но еще раньше, в 1994 году этому коллективу финансистов уже приходилось принимать экстраординарные меры, чтобы сохранить доверенные ему сбережения земляков. На вопросы об истории банка отвечают бывший председатель правления Донского народного банка, а ранее – заместитель директора филиала Ростовсоцбака Людмила Ивановна Клочко и её коллеги Ольга Ющенко, Светлана Гунбина и Ирина Кеворкова.

 – Людмила Ивановна, в первую очередь разрешите поздравить Вас с прошедшим днём рождения. Как случилось, что Вы стали в далеком 1993 году руководителем филиала банка в шахтёрском городе Гуково?

Л.К. Моя трудовая деятельность прошла в г.Гуково Ростовской области. По первому образованию я строитель, позже – экономист.

Работала в должности инженера, заместителя управляющего «Стройбанка» (около 20 лет), а при реформе банковской системы в 1986 году, слиянии отделений Госбанка и Стройбанка в должности зам.управляющего Промстройбанка.

В те времена «Стройбанк» осуществлял функции контроля за использованием средств на капитальные вложения. «Гуковуголь» интенсивно обновлял шахтные фонды, для чего только в городе работали два строительных треста: от объединения «Гуковуголь» и комбината «Ростовшахтострой».

Мне по долгу службы приходилось посещать предприятия с проверками, контрольными обмерами, спускаться в шахту, участвовать от министерства угольной промышленности в работе государственных комиссий по принятию в эксплуатацию крупных объектов отрасли: шахта «Обуховская-Западная», реконструкция шахт «Углерод», «Алмазная», техническое перевооружение шахты  «50-лет Октября».

Наверное, именно поэтому мне было предложено руководством Гуковугля участвовать в создании филиала коммерческого Геолбанка г.Москвы и возглавить его.

 – Расскажите, пожалуйста, о том, каковы были Ваши первые шаги при организации филиала банка.

Л.К. Пока шло переоборудование выделенного для этих целей АБК Автоуправления под банковское помещение, я считала необходимым уделить внимание формированию коллектива, его способности выполнить поставленные перед нами задачи. На 20% коллектив состоял из банковских работников (директор, главный бухгалтер и т.д.), а в остальной части из не имеющих банковского опыта специалистов экономистов, бухгалтеров, работников вычислительного центра. При отборе руководствовались желанием специалистов работать в банке, познать банковское дело. Объясняла, что такое работать в банке, коллективе, с клиентами, разъяснили нормативную базу.

На должность заместителя директора пришел Леонид Шафиров – выпускник экономического факультета Московского горного института (экстерном закончил ВУЗ, уже имел опыт финансовой работы в Москве). Он стал третьим или четвёртым сотрудником коллектива. При первом знакомстве с ним мне понравилось его стремление к знаниям, образованность, громадное трудолюбие. Я сразу поверила в его интуицию, в понимание нового, с учетом веяний того времени и старалась помогать ему, считала своим долгом научить банковскому делу в классике. Наш тандем состоялся – опыт и прогрессивные взгляды Леонида Александровича дали свои результаты. Работали напряженно. Леонид Александрович передавал нам все новое, что познал в Москве, что вычитывал ночами в периодике, в новых законах. Это был уже новый уровень работы. Иногда были мелкие разночтения, но всегда приходили к компромиссу.

Большое внимание уделялось технической оснащенности, программному обеспечению. По сравнению с другими банками на периферии, в Гуково нам удалось оснастить банк по-московски. Поэтому желание специалистов узнать, освоить технику было огромно. Этим занимался коллектив отдела под руководством Анны Ивановны Жельчик и Андрея Есипова.

В начале девяностых годов денежная наличность еще не была вытеснена банковскими картами. Поэтому вопросы физической безопасности, оборудования хранилища стояли очень остро. В рамках реконструкции здания под банк было создано настоящее хранилище из бетона и арматуры. Огромную ответственность, связанную с учётом и хранением денежной наличности вкладчиков и других клиентов банка, нёс отдел под руководством Галины Тимофеевны Тхоренко.

А мы как руководители проводили учебу, разъясняли специалистам правила пользования нормативной базой, готовили внутренние регламентирующие документы, создавали новые кредитные и депозитные продукты.

Даже сейчас с улыбкой вспоминаем, как Леонид Александрович нам писал сотни записок, передавал копии вырезок из газет и журналов.

Но самое главное мы организовывали работу с клиентами по-новому, в интересах клиентов, а не в интересах банка, не свысока. И здесь тон задавал отдел по обслуживанию счетов организаций и предпринимателей, которым руководила Лариса Багаева.

  – Известно, что в 1994 году, через год после открытия в Гуково филиала Московского Геолбанка Вашему коллективу финансистов уже приходилось принимать меры, чтобы сохранить доверенные финансовые сбережения земляков. Как это было?

Л.К. В 1994 году Шафиров был в командировке в Московском офисе банка. Поэтому мы узнали о проблемах «Геолбанка». Мы долго думали, советовались, но рискнули: все вклады пяти тысяч граждан и несколько сотен счетов организаций были за ночь переведены во вновь открытый филиал Ростовсоцбанка. Главным было – избежать изъятия активов филиала – денег наших клиентов для расчетов с московскими вкладчиками и клиентами, чтобы не допустить возникновения долгов перед вкладчиками банка в Гуково.

Оперативно зарегистрировал филиал Ростовсоцбанка начальник Главного управления Банка России Виктор Николаевич Баско. За это ему – огромная благодарность.

Центральный Банк только через пятнадцать лет внедрил аналогичную процедуру спасения вкладчиков банкротящихся банков. А наш коллектив сделал это в 1994 году. Да, в законе такой процедуры не было, но мы заключили соглашения о переводе долгов гуковского филиала Геолбанка гуковскому филиалу Ростовсоцбанка, которые от филиала Геолбанка подписала я, от Ростовсоцбанка – Шафиров. Согласия клиентов получали уже потом: важна была оперативность. Клиенты узнавали о том, что они стали клиентами другого банка только тогда, когда в очередной раз приходили в банк. Чтобы из не пугать, название гуковского филиала Ростовсоцбанка сделали созвучным Геолбанку – Геологбанк.

Как сложилась Ваша профессиональная деятельность после фактического прекращения деятельности филиала Геолбанка?

Л.К. Я осталась закрывать гуковский филиал «Геолбанка» (закрыли филиал с небольшой прибылью), а Шафиров Л.А.  возглавил филиал «Ростовсоцбанка».

Банк России согласовал его кандидатуру для временного, в течение трёх месяцев, исполнения обязанностей директора филиала. Временно – потому, что ему был всего 21 год. Предполагалось, что через три месяца я закончу работу по закрытию филиала Геолбанка, возглавлю филиал Ростовсоцбанка. Но так быстро не получилось: московское руководство не торопилось принимать дела. Им было не до гуковского филиала. В результате исключение из госреестра гуковского филиала Геолбанка затянулось почти на год.

В 1995 году я была назначена заместителем директора филиала Ростовсоцбанка. Шафиров остался директором. Наверное, он был одним из самых молодых директоров банка в то время. Помню, что, когда он отказался оплачивать рекламу в федеральной газете, потому что в нашем городе было мало подписчиков этой газеты, обидевшиеся журналисты опубликовали фельетон, который проиллюстрировали карикатурой на Шафирова, изобразив его банкиром-ребенком с соской.

Но к 1995 году Шафиров уже имел опыт работы в банке, пользовался авторитетом в коллективе, у клиентов, у руководителей предприятий города. Хорошо знал не только банковские документы, но и другие законодательные акты.

В чем были ключевые факторы успеха филиала Ростовсоцбанка?

Л.К. Конечно, банк не может существовать без доверия клиентов. Но так же важны и соблюдение законодательства, и инновационность в работе.

Мы всем коллективом обсуждали нормативные документы. Считаю важным, чтобы нормативные документы обновлялись своевременно и однозначно трактовались всеми специалистами, особенно при большом количестве отделений. Для этого была создана служба внутреннего контроля.

Например, в 90-е года налоговая инспекция при проверке установила нарушение и списала с банка более 200 тысяч рублей. Мы обратились в суд, и Леонид Александрович доказал нашу правоту и деньги банку были возвращены.

 Работали в те сложные времена в тесном контакте со специалистами предприятий «Гуковуголя»; находили варианты помощи в выплате заработной платы рабочим предприятий, лазейки в законодательстве.

Скажу честно: при наличии долгов по налогам все поступления на счета Гуковугля, Обуховской, Ростовугля должны были направляться на оплату налоговых недоимок. Шафиров вычитал, что удостоверения комиссии по трудовым спорам приравниваются к исполнительным документам суда. По его предложению при территориальном профсоюзе угольщиков была создана такая комиссия. В результате мы получали удостоверения комиссии по трудовым спорам, эти удостоверения на сумму задолженности работодателей перед шахтёрами по заработной плате позволяли нам списывать со счетов работодателей и зачислять на счета шахтеров, а налоги ждали своей очереди. Так шахтёры Гуковугля получали заработную плату.

При этом нужно было организовать очень оперативную работу банковского коллектива по зачислению денег на счета шахтеров и шахтостроителей. Пока из Москвы, из других регионов придут долгожданные деньги угольным предприятиям в Гуково, Донецке, Зверево, уже были подготовлены, сданы в банк списки для зачисления на лицевые счета вкладчиков, проверены банком, а это были тысячные коллективы.

Банку нужно было решить вопросы обеспечения выплаты зарплаты на утро следующего дня, доставить наличные деньги из РКЦ из другого города и развезти их по операционным кассам и дополнительным офисам банка в Гуково, Зверево, Донецке.  На утро у оперкасс – наших сберкасс было море людей. Это понятно: была большая задолженность по заработной плате, которую выдавали частями. Но особых конфликтов не было. Коллектив старался. За это ему огромная благодарность. Считаю, что мы помогли угольщикам смягчить обстановку в шахтерских коллективах в тот период.

 Мы с Леонидом Александровичем утро начинали с проверки и  подписания ежедневного баланса. Я совместно с начальником кассовых операций и гл.бухгалтером открывала утром, а вечером закрывала кассовый узел, приняв инкассацию из оперкасс вне кассового узла. Это приходилось делать поздно ночью.

Как я уже говорила, у Гуковугля, Обуховской, у Ростовшахстроя, которые были нашими клиентами, были картотеки неоплаченных налогов: государство прекратило их поддерживать, цены на уголь не росли, спроса большого не было. В стране возник кризис неплатежей. А кроме заработной платы, надо было нести и другие расходы, иначе не приобреталось бы оборудование и материалы для проходки, добычи, для обеспечения безопасности шахтеров и шахтостроителей.

И здесь Шафиров, еще в середине девяностых, предложил  крупным клиентам выпускать векселя, использовать векселя Ростовсоцбанка в расчётах с поставщиками и подрядчиками. Банк покупал эти векселя. Для 1995 года это было необычная операция. Так мы помогали шахтёрским коллективам выживать.

Были и страшные моменты: В 1996 году правоохранители пытались предъявить Шафирову претензии в связи с тем, что он как руководитель филиала принимал во внимание официальные письма председателя суда Ивана Васильевича Запары о приостановлении исполнения судебных решений о блокировке, о запрете операций по расчётным счетам угольщиков. Так Запара помогал выплатить заработную плату шахтёрам. Правоохранители говорили, что должны быть не письма, а постановления суда. Но общими усилиями удалось позицию отстоять. Поддерживали администрации Гуково, Зверево, Донецка. Никаких официальных претензий к банку никогда не было предъявлено.

Да, мы рисковали, помогая выживать нашим городам. Но клиенты и заёмщики были ответственными: они понимали, что кредиты они фактически получают у земляков, у обычных людей, потому что основным источников кредитования в нашем филиале банка были вклады граждан.

В то время, как и сейчас, крупные банки платили очень низкие ставки по вкладам. А у нас были небольшие заработные платы, мы могли платить чуть больше процентов, кроме того, нашему коллективу доверяли: вкладчики стояли в очередях, чтобы внести деньги на депозиты.

Без перерывов и выходных с вкладчиками работали сотрудники отдела денежных вкладов под руководством Ольги Ющенко и её заместителя Оксаны Чадаевой.

Наш филиал старался не замыкаться на обслуживании местных организаций. Полученные от граждан средства мы направляли не только на кредитование угольщиков и местных администраций.  В начале девяностых, когда кредитование населения, малого бизнеса, а особенно – фермеров другие банки не занимались, а гуковский филиал Ростовсоцбанка был здесь лидером на областном уровне.

Даже предоставляли кредиты на развитие личных подсобных хозяйств.

Этим занимался кредитный отдел под руководством Ольги Черноус. Мы очень активно сотрудничали с областной администрацией в части поддержки малого бизнеса, а именно с заместителями

Большой статьёй доходов для гуковского филиала Ростовсоцбанка были доходы от продажи наличной валюты, от вложений в ценные бумаги. Наличной валютой наш филиал обеспечивал половину Ростовской области и соседние регионы: покупали в Москве, продавали на Юге страны.

Валютными операциями занимался отдел под руководством Александра Спирина.

А ценными бумагами – Анна Полетаева и её отдел.

К 1997 году активы Гуковского филиала Ростовсоцбанка составили треть всех активов Ростовсоцбанка.

С.Г. Я пришла работать в Ростовсоцбанк в 1994 году, сразу после учёбы – молодая и, конечно же, неопытная. В то время банковская сфера только зарождалась и, конечно, специалистов было очень мало. Поэтому мы все учились с самого начала и самым азам. Я работала специалистом в отделе денежных вкладов – мы принимали от население денежные средства на вклады. Сейчас это, конечно, звучит странно, но тогда процентные ставки по вкладам были 100, 200 и даже 300 процентов годовых. Клиентов в отделении всегда было очень много – очереди, суматоха, иногда через специалиста за день проходило до 500 клиентов. Денежные средства люди приносили по-разному – сумками, коробками, мешками, порой мелкими купюрами. Но к каждому клиенту всегда был индивидуальный подход, мы всегда находили выход из любой, даже нештатной ситуации. Ни один клиент не был обижен. Как сейчас принято говорить в банковской сфере, клиентоориентированность как компетенция была одним из главных принципов работы.

Так что же случилось в 1997 году?

Л.К. Именно в 1997 году возникли проблемы у головного офиса Ростовсоцбанка и у ряда филиалов. Для нас история 1994 года повторилась через три года, но только на другом уровне.

Генеральный директор Гуковугля Константин Никитович Лазченко, директор по экономике Валентина Никитична Харченко пытались помочь Шафирову найти тот банк, в который можно было бы, как и в 1994 году, перевести средства клиентов.

Но повторить опыт 1994 года нам не удалось: для небольших банков – таких, как шахтинский филиал «Донтекса», активы гуковского филиала Ростовсоцбанка были очень большие, а руководитель Ростовского филиала Сбербанка отказался принимать гуковский филиал Ростовсоцбанка под своё крыло, так как против этого возражал Иван Игнатьевич Саввиди. Он был руководителем Табачной фабрики – владельца крупного пакета акций Ростовсоцбанка.

Руководство Ростовсоцбанка весной 1998 года года издало приказ о передаче ценных бумаг и денег из кассы гуковского филиала в Ростов. Там были нужны деньги для расчетов с ростовскими вкладчиками, которые уже узнали о проблемах Ростовсоцбанка, о том, что в банке – кризис неплатежей.

Шафиров как руководитель филиала отказался исполнять этот приказ. Мы его в этом поддерживали, хотя понимали, что можем быть завтра уволены. Почему так решили? Потому, что потом нам нечем было бы рассчитываться с нашими вкладчиками – жителями шахтерких городов.

В результате нам ничего другого не оставалось, как рискнуть. Шафиров выступил по местному телевидению, пригласил вкладчиков прийти в банк и забрать вклады. А количество вкладчиков тогда достигло 25 000 человек.

Риск был огромный: в кассе филиала, конечно, не было и не могло быть столько денег, чтобы со всеми рассчитаться в короткий период. Как известно, финансы, полученные от вкладчиков, от клиентов, должны быть инвестированы, иначе у банка будут убытки. Но мы продали валюту, ценные бумаги, попросили заёмщиков досрочно погасить кредиты. К сожалению, не успели продать государственные казначейские обязательства (ГКО): они в конце 1997 года стали стремительно падать в цене.

Вкладчиков, у которых сумма вклада была больше 100 000 рублей мы с Шафировым принимались лично. Таких было больше 1000 человек. Мы предлагали им или забрать деньги, или стать вкладчиками товарищества на вере, которое специально создали с Гуковуглем. Большая часть этих вкладчиков перевели свои средства в коммандитное товарищество. Именно это товарищество выкупило у гуковского филиала Ростовсоцбанка ГКО, другие неликвидные активы.

Но чудо, какой-то божий промысел в том, что ликвидных активов нам хватило на то, чтобы за 3 недели рассчитаться с несколькими сотнями организаций, а главное – с больше чем 25 000 вкладчиков.

Хотя Гуковский филиал Ростовсоцбанка не передал средства своих клиентов головному банку в Ростов, но мы перечисляли Ростовсоцбанку половину прибыли, через головной банк осуществляли платежи в фонд обязательных резервов, которые вернулись уже не нашему филиалу, а головному офису Ростовсоцбанка после того, как мы рассчитались со всеми вкладчиками филиала.

То есть наш филиал ничего Ростовсоцбанку не был должен, а даже наоборот: после расчётов с клиентами у Гуковского филиала Ростовсоцбанка осталась прибыль, мы её не выплатили в виде премий сотрудникам, хотя имели на это право.

Но как отреагирует на такую нашу самодеятельность по самоликвидации филиала руководство Ростовсоцбанка, Иван Игнатьевич Саввиди, было очень сложно предсказать.

Шафирова вызвали в Ростов. Состоялась встреча Ивана Саввиди, Виктора Николаевича Баско и Шафирова. Присутствовал на встрече известный донской банкир того времени Максот Куванович Султанов.

Саввиди предложил Шафирову стать руководителем терпящего крах Ростовсоцбанка, у которого были филиалы в Ростове, Таганроге, Шахтах, Донецке, больше 200 000 вкладчиков.

При этом никаких денег никто на оздоровление банка не давал. Но и, надо отдать должное, как это часто бывает, владельцы банка не спытались компенсировать за счёт вкладчиков убытки от вложений в банковские акции. За это спасибо Ивану Игнатьевичу Саввиди и другим акционерам банка. У членов нашего коллектива также были в собственности акции Ростовсоцбанка, которые мы потеряли.

Шафирову была поставлена одна задача   – возвратить деньги всем вкладчикам – гражданам. Он посоветовался с нами, ничего другого не оставалось, как соглашаться: все понимали, что за то, что мы без разрешения возвратили вклады нашим вкладчикам в Гуково и в Зверево, за то, что мы фактически ликвидировали филиал Ростовсоцбанка, надо будет отрабатывать, либо жди серьезного наказания.

И с конца 1997 года до конца 1998 года Шафиров и наши компьютерщики работали в головном офисе Ростовсоцбанка на Большой Садовой, 26. Шафиров был исполняющим обязанности председателя правления Ростовсоцбанка.

И опять удивительно, но все получилось:

 – команде под руководством Шафирова удалось спасти сбережения всех вкладчиков и клиентов филиала очень хорошего филиала Ростовсоцбанка в Таганроге, которым руководил Юрий Львович Степанов: была реализована уникальная операция активы и обязательства этого филиала принял Русславбанк;

 – а все остальные граждане – вкладчики Ростовсоцбанка получили свои деньги еще до обесценения рубля в августе 1998 года.

О.Ю. Я была в то время руководителем отдела денежных вкладов и очень понимала, что нельзя допустить стратегических ошибок в управлении доверенных нам гражданами сбережений. Леонид Александрович смог срочно принять нужные решения, а мы всегда были рядом. Я доверяла своим руководителям – их решениям, действиям. А вкладчики доверяли мне и моей команде. Всё проходило достаточно спокойно. Были у нас такие очереди, что Леонид Александрович и Людмила Ивановна в операционном зале выдавали вклады вместе с нами. Когда случилось, что денежные средства нашего филиала могли уйти для расчётов с вкладчиками головного банка, мы, конечно, очень испугались. Леонид Александрович принял решение срочно вернуть всем вкладчикам их сбережения. Разными способами оповещали мы клиентов – просили вкладчиков забрать свои вклады. Леонид Александрович – уникальный человек. Его интуиция и ум двигали нас вперёд и вперёд. Особенностью нашего коллектива была потрясающая сплочённость – мы жили единой семьёй. У нас были общие успехи и, конечно, общие проблемы. Вот в этом и секрет нашей победы над всеми трудностями, с которыми мы столкнулись, спасая средства наших вкладчиков.

Как же удалось возвратить вклады нескольким сотням тысяч вкладчиков Ростовсоцбанка, бывшего одним из самых крупных региональных банков в девяностых годах?

Л.К.  Сложно объяснить, но попробую.

Шафиров и наши ростовские коллеги, среди которых – Людмила Савчук, Татьяна Грядунова, Юрий Рункевич, Елена Шикуля, Сергей Лиманцев не бросили Ростовсоцбанк, делали все, чтобы взыскать просроченные кредиты, продать активы. Я знаю, что даже мебель из кабинетов на Большой Садовой была продана, чтобы рассчитаться с клиентами.

Да, это очень опасная работа: взыскивать долги и рассчитываться с сотнями тысяч кредиторов.

Но Шафиров работал очень открыто, где-то даже чересчур. Только очень молодой человек может себе позволить такой риск. Он показывал всем обращавшимся к нему организациям, у которых зависли деньги в Ростовсоцбанке, список всех заёмщиков, просрочивших кредиты, список всех других активов Ростовсоцбанка. Организации выкупали долги заёмщиков, забирали хоть что-то.

Да, он рисковал, но что было делать? Знаю, что за его работой следили и правоохранители, и частные детективы. Но никаких претензий ни от кого не было и быть не могло. Так бывает только если работаешь открыто, никому не подыгрываешь.

В результате погашались кредиты, продавались активы. Ростовсоцбанк рассчитывался с вкладчиками и другими кредиторами, Центральный Банк ежемесячно возвращал банку деньги из фонда обязательных резервов, так как снижались обязательства банка, исходя из которых эти резервы рассчитывались.

Все 200 000 вкладчиков Ростовсоцбанка получили свои сбережения в полном объеме.

Для спасения Ростовсоцбанка как банка были нужны ресурсы. Их никто не дал. Хотя Шафиров предпринимал попытки. И поэтому, уже после того, как все вкладчики получили вклады, в сентябре 1998 года у Ростовсоцбанка была отозвана лицензия. И Шафирова сменил временный управляющий.

Понятно, что Шафиров и команда Ростовсоцбанка выполнили большую часть работы временной администрации, без блокирования счетов вкладчиков, еще до всякого государственного страхования вкладов, но все вкладчики (и крупные, и мелкие) получили деньги.

Это, конечно, удивительно.

А что же происходило в это время с коллективом бывшего гуковского филиала Ростовсоцбанка?

Л.К. Весь 1998 года наш коллектив работал в коммандитном товариществе. Доходов было мало, активов – также. Чтобы развиваться, нужна была банковская лицензия. Мы ждали окончания работы части нашего коллектива в Ростове. Надеялись, что нам удастся получить банковскую лицензию.

И вот в январе 1999 года Леонид Александрович вернулся в Гуково, закончив работу в Ростовсоцбанке.

В Центральном Банке нам посоветовали изучить банк Егорлык для того, чтобы начать осуществлять банковские операции под его лицензией. Это фактически был не банк, а просто лицензия и убытки на балансе. Но главное, что не было никаких долгов, и, как говорят, скелетов в шкафу.

Я встретилась с председателем правления банка Егорлык Коллеговой.

Мы изучили баланс банка и предложили нашим вкладчикам коммандитного товарищества купить акции этого банка.

В 1999 года банк Егорлык был переименован в Донской народный банк, который я возглавила. Шафиров стал председателем совета директоров.

И.К. Безусловно, в результате таких неординарных действий и решений по спасению средств вкладчиков уровень доверия у населения к банку был максимально высоким. И когда в 1999 году Леонид Александрович Шафиров организовал Донской народный банк, недостатка клиентов не было с первых дней. То есть  определение «народный» в наименовании банка было максимально точным – не только из-за близости к населению, но и по профилю деятельности. В Донской народный перешла работать вся команда Гуковского филиала Ростовсоцбанка. Начиная работать одним отделением, Донской народный банк вырос в крупный региональный банк с сетью более чем из 40 отделений на территории Ростовской области, Краснодарского края и Воронежской области. И на протяжении всей своей деятельности банк не только не потерял клиентов, а наоборот, во многих сферах и продуктах, был лидером региона.

Каких успехов добился Донской народный банк?

Л.К. А к 2007 году в Донском народном банке обслуживалось почти 170 тысяч вкладчиков и 50 тысяч заемщиков.

Грамотно было организовано взаимодействие с бухгалтериями и финотделами Администраций Гуково, Зверево, Донецка, Красносулинского, Тацинского и Чертковского и Тарасовского районов, других муниципалитетов, а Гуковугля, Обуховской, Ростовшахтостроя, других организаций. С благодарностью вспоминаю Юрия Калюжного, Зою Гаевскую, Валентину Матишову, Татьяну Мирошниченко. Сложно приходилось выживать нашим городам и району, но все-таки они рассчитывались по кредитам, платили по векселям. В этом большая заслуга мэров Виктора Васильевича Шубина, Сергея Олеговича Майборода, Юрия Николаевича Тарасенко, Александра Ивановича Коберника, Эдуарда Васильевича Бутенко, Николая Александровича Альшенко, а также заместителей глав по экономике и финансам: Людмилы Сечкаревой, Людмилы Сазоновой, Людмилы Скупченко, Марины Бербеко, Светланы Камбуловой, налоговиков: Николая Федоровича Овчаренко, Татьяны Владимировны Новосельцевой.

Банк выдал первую в Ростовской области ипотеку, наши специалисты как эксперты принимали участие в разработке региональных программ ипотечного кредитования. Этой работой в регионе руководили Игорь Далаксакуашвили, Алексей Щербаков и Дмитрий Павленко. Кредитование малого бизнеса, лизинг мы развивали по просьбе и при поддержке областной администрации, где за это направление отвечали Анна Палагина, Светлана Абдулазизова, Людмила Тарасова. А кредиты на развитие личных подсобных хозяйств и фермерам мы начали предоставлять по инициативе Ивана Станиславова и Вячеслава Василенко, сотрудничали по этому вопросу сотрудниками минсельхода под руководством Татьяной Снитко. В банке трудилось более 500 человек, в банке было 54 офиса, расположенных в Ростовской и Воронежской областях, в Краснодарском крае.

Развитием сети занимались Олег Лазченко, который сейчас возглавляет крупную федеральную организацию, занимающуюся потребительским кредитованием, и Сергей Михайлович Макаров, который стал в настоящее время главой администрации Волгодонска.

В 2007 году Донской народный банк стал частью венгерского сбербанка ОТП.

Нам было понятно, что региональным банкам будет очень сложно выживать. Мы не имели возможности раздавать нецелевые потребительские кредиты без оценки финансового положения заёмщиков, без поручительств, под высокую ставку как это начали делать тогда Русский Стандарт, Тинькофф.

При гордимся тем, что после присоединения к группе ОТП весь коллектив, прошедший школу Донского Народного Банка, перешел в ОТП Банк, и все специалисты остались на своих местах. Коллектив расширенного Ростовского филиала ОТП Банка возглавил Алексей Бобкин. Специалисты Донского народного банка до сих пор востребованы и успешно работают в банковском секторе, в других отраслях экономики: Александр Спирин, Светлана Гунбина, Ирина Кеворкова, Павел Смирнов, Наталья Гурулева, Ольга Стародумова, Анна Полетаева, Павел Клейменов, Ольга Демчишина, Анна Жельчик, Лариса Багаева, Ирина Храпач, Оксана Чадаева, Ольга Сербуленко, Елена Волкова, Светлана Кравченко, Лариса Чиквиладзе.

О.Ю. Мы открывали отделения банка практически во всех городах и районах Ростовской области. У нас всегда были хорошие показатели, мы очень ответственно относились к своей работе. Мы были не просто банковскими работниками, но и организовывали праздничные мероприятия для наших клиентов. Для пенсионеров проводили чаепития, для всех клиентов – розыгрыши призов. А ещё наш коллектив боролся за чистоту города, выдавал полезные кредиты на ремонт, газификацию, развитие личных подсобных хозяйств, на лечение, обучение. В общем, мы были очень близки к народу. Отсюда и название нашего банка – Донской народный!

По этой теме можно прочитать:

  • «Эксперт-Юг», № 1 «Микроориентированный банкир» –  ссылка на сайт
  • «Город N», № 537 «Леонид Шафиров: Надо предлагать людям как можно больше инструментов, чтобы они сами могли решать свои проблемы» – ссылка на сайт
  • История успеха: тысячи спасённых банковских вкладов жителей Донского края – ссылка на сайт
  • Интервью с Оксаной Чадаевой, руководителем учреждений Донского народного банка – ссылка на сайт

Интервью с Алексеем Бобкиным, директором филиала «Ростовский» ОТП Банка – ссылка на сайт

Онлайн касса

Режим работы

Музей работает ежедневно, кроме понедельника с 10:00 до 18:00

Касса открыта с 10:00 до 17:30 Понедельник – выходной

Решаем вместе
Сложности с получением «Пушкинской карты» или приобретением билетов? Знаете, как улучшить работу учреждений культуры? Напишите — решим!

Статистика

  • 156
  • 2 520
  • 8 311
  • 65 989
  • 15 936

Популярные материалы

© 2022. Гуковский музей шахтерского труда имени Л.И. Микулина. Все права защищены
`